КАЗУС ВАГНЕР

Проблема музыканта Чтобы отнестись справедливо к этому сочинению, надо страдать от судьбымузыки как от открытой раны. Отчего страдаю я, страдая от судьбы музыки? -Оттого, что музыка лишена своего миропрославляющего, утверждающегохарактера, - оттого, что она сделалась музыкой decadence и уже пересталабыть свирелью Диониса... Но если кто-нибудь, подобно мне, чувствует в делемузыки собственное дело, историю собственных страданий, то он найдёт этосочинение всё ещё слишком снисходительным, слишком мягким. Быть весёлым втаких случаях и добродушно высмеивать попутно самого себя - ridendo dicereseverum, - где verum dicere оправдало бы всякую суровость, - это самагуманность. Кто собственно сомневается в том, что я, как старый артиллерист,могу выкатить против КАЗУС ВАГНЕР Вагнера моё тяжёлое орудие? - Всё решительное в этомделе я оставил при себе - я любил Вагнера. - Впрочем, в смысле и на путимоей задачи лежит нападение на более тонкого "незнакомца", которого другойне легко разгадает - о, мне предстоит открыть ещё совсем иных "незнакомцев",чем какого-то Калиостро музыки, - и конечно же более сильное нападение настановящуюся в духовном отношении всё более и более трусливой и беднойинстинктами, всё более и более делающуюся почтенной немецкую нацию, котораяс завидным аппетитом продолжает питаться противоположностями и безрасстройства желудка проглатывает "веру" вместе с научностью, "христианскуюлюбовь" вместе с антисемитизмом, волю к власти (к "Империи") вместе сevangile des humbles... Это безучастие КАЗУС ВАГНЕР среди противоположностей! Этапищеварительная нейтральность и это "бескорыстие"! Этот здравый смыслнемецкого нёба, которое всему даёт равные права, - которое всё находитвкусным... Без всякого сомнения, немцы - идеалисты... Когда я в последнийраз посетил Германию, я нашёл немецкий вкус озабоченным предоставлениемравных прав Вагнеру и трубачу из Зэкингена; я сам был свидетелем того, как вЛейпциге, в честь самого настоящего и самого немецкого музыканта в старомсмысле слова, а не только в смысле имперского немца, мейстера Генриха Шютца,был основан ферейн Листа с целью развития и распространения извилистойцерковной музыки... Без всякого сомнения, немцы - идеалисты... 2 Но здесь ничто не должно помешать мне стать грубым и сказать немцамнесколько жёстких истин: кто КАЗУС ВАГНЕР сделает это кроме меня? - Я говорю об ихнепристойности in historicis. Немецкие историки не только утратили широкийвзгляд на ход, на ценности культуры, но все они являются шутами политики(или церкви): они даже подвергают остракизму этот широкий взгляд. Надопрежде всего быть "немцем", "расой", тогда уже можно принимать решения овсех ценностях и не-ценностях in historicis - устанавливать их... "Немецкое"есть аргумент, "Deutschland, Deutschland uber alles" есть принцип, германцысуть "нравственный миропорядок" в истории; по отношению к imperium Romanum -носители свободы, по отношению к восемнадцатому столетию - реставраторыморали, "категорического императива"... Существует имперская немецкаяисториография, я боюсь, что существует даже антисемитская, - существуетпридворная историография, и господину фон Трейчке не КАЗУС ВАГНЕР стыдно... Недавно, вкачестве "истины", обошло все немецкие газеты идиотское мнение inhistoricis, тезис, к счастью, усопшего эстетического шваба Фишера, с которымдолжен-де согласиться всякий немец: "Ренессанс и Реформация вместе образуютодно целое - эстетическое возрождение и нравственное возрождение". - Притаких тезисах моё терпение приходит к концу, и я испытываю желание, ячувствую это даже как обязанность - сказать наконец немцам, что у них ужележит на совести. Все великие преступления против культуры за четырестолетия лежат у них на совести!.. И всегда по одной причине: из-за ихглубокой трусости перед реальностью, которая есть также трусость передистиной, из-за их, ставшей у них инстинктом, неправдивости КАЗУС ВАГНЕР, из-за их"идеализма"... Немцы лишили Европу жатвы, смысла последней великой эпохи,эпохи Ренессанса, в тот момент, когда высший порядок ценностей, когдааристократические, жизнеутверждающие и обеспечивающие будущее ценностидостигли победы в самой резиденции противоположных ценностей, ценностейупадка, - и вплоть до инстинктов тех, кто там находился! Лютер, этот роковоймонах, восстановил церковь и, что в тысячу раз хуже, христианство в тотмомент, когда оно было побеждено... Христианство, это ставшее религиейотрицание воли к жизни... Лютер, невозможный монах, который по причине своей"невозможности" напал на церковь и - следовательно! - восстановил её... Укатоликов было бы основание устраивать празднества в честь Лютера, сочинятьтеатральные представления в честь Лютера... Лютер - и "нравственноевозрождение"! К КАЗУС ВАГНЕР чёрту всю психологию! - Без сомнения, немцы-идеалисты. -Дважды, когда с огромным мужеством и самопреодолением был достигнутправдивый, недвусмысленный, совершенно научный способ мышления, немцы сумелинайти окольные пути к старому "идеалу", к примирению между истиной и"идеалом", в сущности к формулам на право отклонения от науки, на право лжи.Лейбниц и Кант - это два величайших тормоза интеллектуальной правдивостиЕвропы! - Наконец, когда на мосту между двумя столетиями decadence явиласьforce majeure гения и воли, достаточно сильная, чтобы создать из Европыединство, политическое и экономическое единство, в целях управления землёй,немцы с их "войнами за свободу" лишили Европу смысла, чудесного смысла всуществовании Наполеона, - оттого-то всё КАЗУС ВАГНЕР, что пришло после, что существуеттеперь, - лежит у них на совести: эта самая враждебная культуре болезнь ибезумие, какие только возможны, - национализм, эта nevrose nationale,которой больна Европа, это увековечение маленьких государств Европы,маленькой политики: они лишили самое Европу её смысла, её разума - онизавели её в тупик. - Знает ли кто-нибудь, кроме меня, путь из этоготупика?.. Задача достаточно великая - снова связать народы?.. 3 И в конце концов, почему бы не предоставить слова моему подозрению?Немцы и в моём случае опять испробуют всё, чтобы из чудовищной судьбы родитьмышь. Они до сих пор компрометировали себя во мне, я сомневаюсь, что вбудущем им удастся это КАЗУС ВАГНЕР лучшим образом. - Ах, как хочется мне быть здесьплохим пророком!.. Моими естественными читателями и слушателями уже и теперьявляются русские, скандинавы и французы, - будет ли их постоянно всё больше?- Немцы вписали в историю познания только двусмысленные имена, они всегдапроизводили только "бессознательных" фальшивомонетчиков (Фихте, Шеллингу,Шопенгауэру, Гегелю, Шлейермахеру приличествует это имя в той же мере, что иКанту и Лейбницу; все они только шлейермахеры): они никогда не дождутсячести, чтобы первый правдивый ум в истории мысли, ум, в котором истинапроизносит свой суд над подделкой монет в течение четырёх тысячелетий, былотождествлён с немецким духом. "Немецкий дух" - это мой дурной воздух: я струдом дышу в этой КАЗУС ВАГНЕР, ставшей инстинктом, нечистоплотности in psychologicis,которую выдаёт каждое слово, каждая мина немца. Они не прошли вовсе черезсемнадцатый век сурового самоиспытания, как французы, - какой-нибудьЛарошфуко, какой-нибудь Декарт во сто раз превосходят правдивостью любогонемца, - у них до сих пор не было ни одного психолога. Но психология естьпочти масштаб для чистоплотности или нечистоплотности расы... И если нетчистоплотности, как может быть глубина? У немца, как у женщины, не добратьсядо основания, он лишён его: вот и всё. Но при этом нельзя быть даже плоским.- То, что в Германии называется "глубоким", есть именно этот инстинктнечистоплотности в отношении себя, о котором я и говорю: нет КАЗУС ВАГНЕР никакогожелания разобраться в себе. Не могу ли я предложить слово "немецкий" какмеждународную монету для обозначения этой психологической испорченности? - Внастоящий момент, например, немецкий кайзер называет своим "христианскимдолгом" освобождение рабов в Африке: среди нас, других европейцев, этоназывалось бы просто "немецким" долгом... Создали ли немцы хоть одну книгу,в которой была бы глубина? У них нет даже понятия о том, что глубоко вкниге. Я познакомился с учёными, которые считали Канта глубоким; припрусском дворе, я боюсь, считают глубоким господина фон Трейчке. А когда япри случае хвалю Стендаля, как глубокого психолога, случается, что немецкийуниверситетский профессор просит назвать это имя по слогам... 4 И почему бы мне не КАЗУС ВАГНЕР идти до конца? Я люблю убирать со стола. Слытьчеловеком, презирающим немцев par excellence, принадлежит даже к моейгордости. Своё недоверие к немецкому характеру я выразил уже двадцати шестилет (Третье Несвоевременное) - немцы для меня невозможны. Когда я измышляюсебе род человека, противоречащего всем моим инстинктам, из этого всегдавыходит немец. Первое, в чём я "испытываю утробу" человека, - вопрос: естьли у него в теле чувство дистанции, видит ли он всюду ранг, степень, порядокмежду человеком и человеком, умеет ли он различать: этим отличаетсяgentilhomme; во всяком ином случае он безнадёжно принадлежит квеликодушному, ах! добродушному понятию canaille. Но немцы и есть canaille -ах! они так добродушны... Общение с КАЗУС ВАГНЕР немцами унижает: немец становится наравную ногу... За исключением моих отношений с некоторыми художниками,прежде всего с Рихардом Вагнером, я не переживал с немцами ни одногохорошего часа... Если представить себе, что среди немцев явился самыйглубокий ум всех тысячелетий, то какая-нибудь спасительница Капитолиявообразила бы себе, что и её непрекрасная душа по крайней мере такжепринимается в расчёт... Я не выношу этой расы, среди которой находишьсявсегда в дурном обществе, у которой нет пальцев для nuances - горе мне! яесть nuance, - у которой нет esprit в ногах и которая даже не умеетходить... У немцев в конце концов вовсе нет ступней, у них КАЗУС ВАГНЕР только ноги... Унемцев отсутствует всякое понятие о том, как они пошлы, но это естьсуперлатив пошлости - они не стыдятся даже быть только немцами... Ониговорят обо всём, они считают самих себя решающей инстанцией, я боюсь, чтодаже обо мне они уже приняли решение... Вся моя жизнь есть доказательство derigueur для этих положений. Напрасно я ищу хотя бы одного признака такта,delicatesse в отношении меня. Евреи давали их мне, немцы - никогда. Мояприрода хочет, чтобы я в отношении каждого был мягок и доброжелателен, - уменя есть право на то, чтобы не делать различий, - это не мешает, однако,чтобы у меня были открыты глаза. Я не КАЗУС ВАГНЕР делаю исключений ни для кого, меньшевсего для своих друзей, - я надеюсь в конце концов, что это не нанеслоникакого ущерба моей гуманности в отношении их. Есть пять-шесть вещей, изкоторых я всегда делал себе вопрос чести. - Несмотря на это, остаётсяверным, что каждое из писем, полученных мною в течение лет, я ощущаю какцинизм: в доброжелательстве ко мне больше цинизма, чем в какой-нибудьненависти... Я говорю в лицо каждому из моих друзей, что он никогда неутруждал себя изучением хотя бы одного из моих сочинений: я узнаю помельчайшим чертам, что они даже не знают, что там написано. Что касаетсяособенно моего Заратустры, то КАЗУС ВАГНЕР кто из моих друзей увидел бы в нём больше, чемнедозволенную, к счастью, совершенно безразличную самонадеянность?.. Десятьлет: и никто в Германии не сделал себе долга совести из того, чтобы защититьмоё имя от абсурдного умолчания, под которым оно было погребено; лишьиностранец, датчанин, впервые обнаружил достаточную тонкость инстинкта исмелости и возмутился против моих мнимых друзей... В каком немецкомуниверситете были бы возможны нынче лекции о моей философии, которые читал вКопенгагене последней весной и этим ещё раз доказанный психолог д-р ГеоргБрандес? - Я сам никогда не страдал из-за всего этого; необходимое неоскорбляет меня; amor fati есть моя самая внутренняя природа. Но это неисключает того КАЗУС ВАГНЕР, что я люблю иронию, даже всемирно-историческую иронию. И вотже, почти за два года до разрушительного удара молнией Переоценки, котораяповергнет землю в конвульсии, я послал в мир "Казус Вагнер": пусть же немцыещё раз бессмертно ошибутся во мне и увековечат себя! для этого как раз естьещё время! - Достигнуто ли это? - Восхитительно, господа германцы!Поздравляю вас...


documentapkyujx.html
documentapkzbuf.html
documentapkzjen.html
documentapkzqov.html
documentapkzxzd.html
Документ КАЗУС ВАГНЕР